Буллинг

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»
Перейти к навигации Перейти к поиску

Буллинг -- это унижение одних детей другими.

Все дети, за редким исключением, являются участниками буллинга. Если один ребёнок смог поставить себя в детском сообществе, значит он это сделал, как правило, унижая другого ребёнка. Если ребёнок не смог поставить себя в детском сообществе, значит он является жертвой травли. Травля бывает как физической, так и психологической. В мужском детском сообществе практикуется большей частью задирание физическое. В женском детском сообществе практикуется большей частью травля психологическая. Любая физическая травля, на самом деле, является травлей -- психологической, постольку, поскольку при любом физическом избиении "не столько больно, сколько обидно".

Бывают случаи, когда ребёнок не является агрессором и ему удаётся не стать жертвой, однако, в этом случае, ребёнок всё равно является участником буллинга. В этом случае, ребёнок оказывается в группе свидетелей травли. И практически все свидетели травли испытывают страх перед попаданием в роль подобной жертвы. И, как правило, чтобы не угодить в группу униженных, дети предпочитают прямо или косвенно поддерживать агрессора.

Без буллинга детское сообщество существовать не может по той причине, что в детском коллективе ещё пока сильны законы поведения животных, законы поведения звериной стаи. Если ты не альфа, значит ты бета, если ты не бета, значит ты гамма, если ты не гамма, значит ты дельта, и так далее. Эти законы работают потому, что ребёнок ещё пока имеет много животных инстинктов. И эти инстинкты действуют до той поры, пока ребенок не освоит культуру построения взрослых человеческих отношений.

В толковых словарях термин «буллинг» переводится как «тра́вля» (бу́ллинг -- англ. bullying в переводе запугивание). В строгом своём значении этот термин соотносится не только с детскими коллективами, но и со взрослыми тоже. В википедии есть соответствующая статья: https://ru.wikipedia.org/wiki/Травля.

Следует различать буллинг естественный (стихийную травлю) и буллинг организованный (коллективную травлю). Для примера, то, что было показано в фильме "Чучело" или в романе "Повелитель мух", -- это как раз хороший образец организованного буллинга. Армейская дедовщина также является примером организованного буллинга. В случае обнаружения в детском сообществе организованного буллинга (коллективной травли) следует проводить судебное расследование и выявлять инициатора организованного буллинга (зачинателя коллективной травли). В "Чучеле", таким инициатором была и совершала подсудное деяние "железная кнопка", а в "Повелителе мух" -- Джек. Инициатора, по решению такого суда, следует удалить из данного коллектива детей, поместить в специализированное учебное заведение, либо лишить свободы. Одним из признаков организованного буллинга в детской среде является появление деления детей на соответствующие роли: лузер, главный, основой, шестёрка, стукач, лох, ботаник, фазан, дух, дед, дембель, смотрящий, терпила, чёрт, крыса, железная кнопка, чучело, чмо, хлюпик, предатель и тому подобное.



Психологические последствия[править | править код]

В любом виде буллинга есть три роли: агрессор, жертва и свидетель. В организованном буллинге появляется ещё и роль инициатора организованного буллинга. Негативные последствия буллинга возникают у всех четырёх групп участников буллинга.

Самые тяжёлые последствия травли проявляются у жертвы. Чаще всего травля приводит к тому, что жертва теряет уверенность в себе. Также это явление может приводить к разной тяжести психическим отклонениям, а также психосоматическим заболеваниям, и может выступить причиной самоубийства или организованного нападения на класс (школу, место учёбы, место службы), в котором жертва подверглась унижению. Во всех случаях жертва искренне желает, чтобы обидчик поплатился смертью или сильными страданиями. В отдельных случаях доведённая до отчаяния жертва может попытаться отомстить обидчику путём нанесения тяжких травм или даже убийства обидчиков.

Страдают также свидетели, получая опыт бессилия перед властью толпы и стыда за своё слабодушие, поскольку им не удалось решиться вступиться за жертву. Поскольку они косвенно поддерживают эту травлю из-за страха самим оказаться жертвой.

Опыт насилия деструктивен и для личности агрессора. Этот опыт приводит к огрублению чувств, отрезанию возможностей для тонких и близких отношений, в конечном итоге -- к деструктивным, асоциальным чертам личности. У него разрушаются механизмы формирования близости с другими людьми, ему труднее создать доверительные и теплые отношения с партнёрами и с родственниками, в том числе с собственными детьми. Те же, в принципе, деструктивные последствия имеет и инициатор организованного буллинга.


Что делать?[править | править код]

Компетентность педагогов, родителей и самих детей по вопросам буллинга -- катастрофична. Никто, в достаточной мере, не знает, что с этим делать. Слава богу, что хоть кто-то из педагогов знает, что буллинг -- это плохо, что буллинг -- (если ребёнок является жертвой) ведёт к формированию психологической травмы, что буллинг -- это то, что нужно всячески пресекать.

Самая главная проблема заключается в том, что никто не знает, что нужно рекомендовать ребёнку, если он оказался в униженном положении.

Почти все рекомендации детям, которые можно хоть как-то, где-то встретить, дают подсказку ребёнку в том, как бы он смог бы достойно ответить. Как дать сдачи? Как можно высмеять в ответ? С одной стороны, это, конечно, прекрасно, когда ребёнок может за себя постоять. А с другой стороны, -- это, конечно, катастрофа. Это -- катастрофа потому, что мы обучаем ребёнка становиться альфой в детской стае. Это значит, в третьих, что мы учим ребёнка занимать позицию агрессора, но не учим ребёнка разрушать сами эти такие агрессивные отношения. Если произойдёт смена лузера, если позицию лузера займёт бывший агрессор либо какой-либо иной ребёнок, то, значит, уже другой ребёнок будет нарабатывать психологическую травму. Значит, плохо будет иному. Однако, всё равно будет тот, кто эту травму будет получать. Это значит, что никто не учит детей другому, а именно культурному выходу детей из этих травмогенных обстоятельств. Никто не учит детей разрушать саму агрессию, как таковую.

А в чём же состоит иной, не агрессивный, способ выхода из травмогенной ситуации?

-- Выход состоит в том, чтобы научить ребёнка изменять к этой ситуации отношение.

Ребёнка нужно попросить обратить внимание на то, что взрослые не бьют другу другу по морде; даже, если перед ним слабый человек и этот человек не прав.

Нужно объяснить ребёнку, что само по себе то, что, если тебя унижают, то это вовсе не значит, что тебя, действительно, унижают. Само по себе унижение -- не субстанционально. Все унижения -- не объективны, а субъективны. То есть, это сам человек для себя принимает решение, считать ли унижение -- унижением, а обиду -- обидой, а оскорбление -- оскорблением. А на самом деле, унижений, обид, оскорблений в реальности, в природе -- не существует. Всё это лишь плод фантазии, плод личной оценки происходящего воспринимающим. Нужно вразумить, что правота или чувство собственного достоинства -- это приз для идиотов.

Нужно научить для таких ситуаций ребёнка спокойствию. Непоколебимости. Медитации: прокручивая в голове больную ситуацию сохранять невозмутимость, сохранять внутреннее спокойствие. Умению говорить себе "всё по-фиг", "подумаешь", "плевать". Не помешает также здесь объяснить, что пустыми руками или даже ногами человека убить практически невозможно.

Нужно научить для таких ситуаций ребёнка тому, чему учит библия: полюбить тех, кто тебя бьёт.

Нужно научить для таких ситуаций ребёнка тому, чему учит библия: прощать тех, кто тебя обижает.


Один удар на сдачу[править | править код]

Есть такое выражение "дать сдачи". В жизни сдача всегда меньше по размеру, чем плата.

Ни один человек не любит "получать по морде". Точнее, ни один человек вообще очень не любит, когда он получает любой, неважно какой силы, и неважно по какой части тела, -- удар. То же самое касается и агрессора в буллинге. Агрессор, как и любой другой человек, очень не любит получать сдачи. Если агрессор после акта агрессии получит в ответ хотя бы один удар, то этот ответный удар очень хорошо отложится в подсознании агрессора. И впредь, у этого агрессора будет осознанно или неосознанно сидеть страх перед получением ещё одного такого удара.

В принципе, всё то же самое можно сказать и про психологическое унижение.

Предыдущее указание о том, что нужно любить агрессора, и что нужно его прощать, не противоречит данному пункту. Внутренне нужно любить, а внешне нужно ударить. Ударить нужно для того, чтобы совершить психокоррекционное воздействие на агрессора. Чтобы агрессор стал агрессором чуть в меньшей степени. Кроме того, когда человек находится в состоянии любви к врагу, он в большей степени спокоен и он в меньшей степени охвачен страхом. А это, в свою очередь, повышает ориентацию в ситуации, повышает скорость реакции и точность удара. Более того, когда жертва меняет своё внутреннее состояние со страха или с желания противостоять на любовь или хотя бы на просто безразличие, состояние агрессора, в силу закона сопереживания, тоже меняется. И у агрессора пропадает агрессия. Агрессор вдруг теряет желание избить или оскорбить. Этот закон сопереживания работает даже через интернет соединение.

Давать сдачи совсем не обязательно. Это просто дополнительная опция. Дал сдачи -- хорошо. Не дал -- это тоже нормально. Самое главное -- это разрушить агрессию. Самое главное -- это разрушить агрессию не в агрессоре, а внутри себя. Если у тебя останется обида, желание отомстить, желание отыграться, тогда ты будешь этим желанием разрушать сам себя как личность. Твоя душа будет занята этой местью и эта жажда будет выталкивать иные состояния. И твоя личность, в результате, будет бедной и скучной. Мысли мести будут выталкивать иные мысли и твоя голова, в результате, будет занята, будет работать слабее, на ниже среднем уровне, а могла бы работать на выше среднем уровне.

В любом случае ребёнок должен уметь правильно вырабатывать к обидчику и к этой ситуации в целом своё внутреннее личное отношение. Независимо от того, дал ли ты сдачи или не дал, всё равно, ты должен этого обидчика любить. Если, в момент избиения, ты сможешь любить своего избивателя, тогда психологическая травма у тебя не будет появляться. Если ты сможешь, вспоминая прошлые обиды, полюбить своего обидчика, тогда у тебя произойдет прощение этого обидчика, и, одновременно, произойдет снятие психологической травмы.


Вопросы самоопределения[править | править код]

Ребёнок принимает решение о том, как реагировать на буллинг, исходя из своего понимания того, кто является в этой его окружающей среде -- властью. Если у ребёнка есть ощущение, что педагоги обладают настоящей властью в той среде, в которой ребёнок существует, тогда он обратится за помощью к педагогам. Если у ребёнка есть ощущение, что родители обладают настоящей властью в той среде, в которой ребёнок существует, тогда ребёнок обратится за помощью к родителям. Если у ребёнка есть ощущение, что в той среде, в которой ребёнок существует, на самом деле, властью обладают шпана и хулиганы, альфы и интриганы, избиватели и мордовороты, тогда он обращаться к педагогам или к родителям не станет. Понятие «стучать» как раз в такой среде и рождается. В последнем случае, скорее всего, ребёнок будет принимать те правила, которые диктуют ему «зачинатели коллективной травли», и будет размышлять над своими собственными проблемами самостоятельно.

А что должен сделать ребёнок, если он оказался в обстоятельствах, при которых он не в состоянии избежать регулярного нападения агрессора? Что делать ребёнку, когда он является жертвой систематической травли? Что предпринимать ребёнку на деле, если опустить вопросы внутреннего отношения к ситуации и вопросы внутреннего отношения к агрессору?

Ребёнок, если он оказывается реальной жертвой систематической травли, должен обратиться к учителям или к родителям с ультиматумом: что он больше ни шагу не вступит в школу (кружок, секцию, армейскую часть) до тех пор, пока он гарантированным образом не будет обеспечен возможностью не пересекаться нигде с данным конкретным агрессором. При этом, ребёнок должен не бояться огласки своего имени, как инициатора дела против агрессора (то есть он не является "стукачём", поскольку понятие "стучать" подразумевает, на самом деле, скрытое (в отличии от публичного и гласного) доносительство). И, при этом, этот ребёнок-жертва готов открыто участвовать в заседаниях суда в качестве обвинителя против агрессора, либо против инициатора организованной агрессии.

Родители, учителя и судьи же в этой ситуации должны инициатора организованной агрессии или слишком жестокого агрессора поместить в специализированное заведение постольку, поскольку, если ребёнок уже превратился в инициатора или слишком жестокого агрессора, то в условиях обычной школы его уже не исправить.

Грубой ошибкой в данной ситуации было бы переместить в другое учебное заведение жертву, как это было показано, например, в фильме "Чучело". Это является ошибкой постольку, поскольку ключевой причиной буллинга всегда является агрессор, а не жертва.



Агрессор[править | править код]

Чаще всего агрессора толкает на агрессию желание самоутвердиться (перед другими или перед самим собой). Ради самоутверждения агрессор позволяет себе грубые высказывания. Ради самоутверждения он позволяет себе использовать оскорбления. Когда он оскорбляет, он унижает собеседника. И ему это нравится. Когда ребёнок вынужден долго терпеть от агрессора унижения, тогда у него образуется психологическая травма. И, таким образом, получается, что агрессор является ходячим стихийным бедствием.

Когда человек чувствует, что он в чём-то проиграл, тогда он начинает злиться и сквернословить. Переход на оскорбления лучше всего доказывает, что он не прав. Хамят и пускают в ход руки всегда, когда нет больше других аргументов, чтобы доказать свою точку зрения.

Агрессор ведёт себя так постольку, поскольку такой стиль общения позволяет ему чувствовать себя наиболее уверенно. И это неправда, ложь, то, что в одном месте агрессор один, а в другом месте он другой. Нет, он везде один и тот же. Он везде позволяет себе оскорблять направо и налево всех, кого встретит. В зависимости от ситуации может меняться только форма. А суть, стремление унизить, будет всегда. И, конечно, совершенно недопустимо, чтобы такими агрессорами были учителя. Подобных учителей нельзя подпускать к детям на пушечный выстрел.

У агрессора искажено восприятие действительности. Например, ученик может сказать такому агрессору-учителю "привет".

Когда мне первоклассник говорит: "привет", я отвечаю, что могу сказать "пока" и на этом твой урок закончится. Я не аниматор, на голову которого можно присесть. А это точно унижение. Или кто кого здесь попытался унизить?

То есть, такой учитель не в состоянии уловить за словом "привет" попытку ученика оказать ему, учителю, душевную поддержку. Агрессор-учитель, для того, чтобы самоутвердиться, унижает весело одних детей перед другими. И все те, кого он не унизил, от него без ума. Радостно гогочат от его шуток. То есть этот учитель самоутверждается перед всей аудиторией путём унижения тех, кто имеет какие-либо отклонения, а также путём оскорбления тех, кто не вписывается в общепринятые рамки.


Причины возникновения[править | править код]

Буллинг является частным случаем конфликта. Поэтому, все выкладки в отношении причин возникновения, а также способов разрешения, которые есть в отношении конфликтов, справедливы также и для буллинга.

Первой (в генетическом смысле) причиной межличностных конфликтов является несовпадение оценок поведения инициатора взаимодействия со стороны самого инициатора и реципиента. То есть, инициатор думает, что его действие укладывается в нормы позволительного поведения между людьми, а реципиент думает, что такое действие инициатора -- не приемлемо.

Иных генетических причин возникновения межличностных конфликтов -- нет. То есть, изначально, любой конфликт начинается с недоразумения. То есть, в корне всех конфликтов отсутствует какой-либо злой умысел с той или иной стороны. Все люди изначально имеют только добрую, добросовестную, позитивную мотивацию. Ни у одного человека изначально нет никаких каких-либо злых намерений.

Изначальной причиной всех конфликтов является недостаточно хорошее понимание друг друга. Как следствие из недостаточно хорошего понимания вытекает приписывание первой стороне негативной мотивации. Из приписывания первой стороне негативной мотивации вытекает решение другой стороны занять якобы взаимную якобы ответную якобы также негативную позицию.